18 - 24 марта 2013   № (7-8) 2114 Издается с 1990 г.
История не одного путешествия
Персональная выставка художника Никиты Макарова
Министерство культуры РФ, ГМИИ имени А.С. Пушкина, Центр эстетического воспитания детей и юношества «Мусейон», Российская Академия Художеств, Галерея «Ars Longa» представляют выставку: «История не одного путешествия»

Выставка пройдет в Центре эстетического воспитания ГМИИ им. А.С. Пушкина «Мусейон» с 26 марта до 11 апреля 2013г. по адресу Колымажный пер., д.6, стр.2.

Побывать в европейских городах вслед за великими русскими писателями предлагает художник Никита Макаров в своем новом персональном проекте «История не одного путешествия».

Европа для России всегда являлась источником невероятного притяжения. Так было, начиная ещё с эпохи Петра I. Так продолжается и в наши дни. Особенно русских художников и писателей вдохновляет европейская городская культура. «Остановиться на мгновение, взглянуть на Сену и дома, испытывая вдохновение, почти сводящее с ума» (Г. Иванов). В выставочном проекте «История не одного путешествия» Никита Макаров дает нам возможность прогуляться вместе с ним по заснеженным или цветущим площадям и набережным Франции, Италии и Австрии, услышать музыку осеннего городского пейзажа, посидеть в летнем уличном кафе, увидеть берег моря, сады, мосты небольших и уютных пригородов. А еще — проследовать за литературными ассоциациями; ведь для художника каждый европейский город связан с конкретным русским писателем. Отрывки из произведений и мемуаров великих литераторов, связанные с путешествиями будут «сопровождать» некоторые произведения художника на выставке, само название которой коррелирует с романом Гайто Газданова «История одного путешествия».

Литературные реминисценции в случае художника Макарова вполне правомерны: Никита никогда не скрывает, что на его отношение к Европе оказали огромное влияние русские литераторы, в особенности, «серебряного века». Вероятно, свою роль сыграли семейные традиции, — в его роду были женщины — музы Бальмонта и Волошина, мужчины, вершившие интеллектуальную моду своего времени. «Париж у меня ассоциируется с прежде всего с Газдановым и Георгием Ивановым. Италия — с Буниным, Гиппиус, Мережковским и, конечно, с Гоголем. Германия — с Ходасевичем. Венеция для меня — это Дягилев, Стравинский, Бродский».

Художник работает с русским культурным наследием, тем, которое осталось в Европе после всех революций и многих «волн эмиграции». Ему удается визуализировать «русские истоки» в европейском искусстве. На Западе в наше время практически утеряна школа фигуративного искусства, и, соответственно, «ушло» фигуративное восприятие окружающего мира. Никита Макаров, обладающий классическим российским художественным образованием, воспринимает мир как фигуративную целостность и передает свое восприятие зрителю. Такое русское осмысление действительности оказывается особенно неожиданным, и в то же время всегда возвращает нас в Россию. «Жизненные пути так увлекли молодого талантливого художника, они думаю, приведут его на «полевые пути меж колосьев и трав» (И.Бунин), заставят острее почувствовать Родину», — написал о Никите Макарове народный художник СССР, академик РАХ Валентин Сидоров.

«Русский европеец» — так нередко называют Никиту Макарова. Термин прижился, — пожалуй, как нельзя лучше он описывает творческую и просто человеческую судьбу этого художника. С раннего возраста он жил с родителями в Германии, там и начал рисовать, однако художественное образование — и среднее (в Училище имени 1905 года), и высшее (в Суриковском институте), — получил на родине, в Москве. Сейчас Никита Макаров живёт «на несколько домов и стран»: полгода проводит в России, остальное время путешествует по старой Европе: Австрия, Германия, Париж и Нормандия. Италия — особая любовь художника. Здесь он следует за Пушкиным, мечтавшим увидеть «Италию златую», за Баратынским, рвавшимся душой «к гордым остаткам падшего Рима», за Гоголем, писавшим, что «вся Европа для того, чтобы смотреть, а Италия для того, чтобы жить». Наиболее близким оказывается для художника писатель Газданов, чьей «родиной» стали вечные переезды, непрестанное движение: «Внезапная любовь к переменам, находившая на меня припадками, влекла меня прочь из дому...». И, конечно, Макаров всё время мысленно обращается к труду гениального искусствоведа-эссеиста Павла Муратова «Образы Италии», на котором, кстати, выросли все поколения современных историков искусства, и, чьи описания по-прежнему вдохновляют русских творческих путешественников: «Каждый, кто едет в Италию и, следовательно, любит искусство (кто не любит искусства, тому нечего делать в Италии)…».

Никита Макаров — художник мира, истинно увлеченный искусством, ищущий актуальное в традиции и традиционное в актуальном. При этом, собственно, актуальному искусству Макаров предпочитает шедевры средневековых мастеров и импрессионистов. Культурный европеизм и вместе с тем вполне самобытное осмысление собственного пути в живописи создают основной феномен Никиты Макарова. Особенности живописного языка позволяют художнику наиболее полно выразить любимые им природные эффекты: влажный вечерний морской воздух, в котором скрадываются очертания предметов, города, где воздух цветной и состоит из десятков мелких красочных пятен. В пейзажах Никиты всегда присутствует настроение. Тонкие по цвету, тону, ритму, самые обыкновенные и далеко не сентиментальные, наполненные душевным теплом, небольшие по размерам, но богатые выразительными деталями.

Причем, если по форме его произведения выглядят достаточно европейскими (с их приверженностью к хорошему тону, упорядоченностью и завершенностью), то по внутреннему состоянию, они, несомненно, русские — в них слишком много души. В художнике живет глубокая потребность вернуть искусству настоящие художественные традиции, но эта же потребность позволяет ему с наибольшей полнотой выразить себя.



Автор - Валерия Галлай

Центральная редакция:
Адрес: Тел. +7-499-965-69-37, 89197736146, Факс: (495) 641-04-57
Электронная почта:   rosvesty@yandex.ru  
All rights reserved. «Российские Вести» 2002-2017 ©