«Дно для России означает падение в первом полугодии ВВП на 10%, а в целом по году около 8,5–8,7%, — отметил Алексей Кудрин. — Но в будущем году Правительство ожидает роста на 1,6%, что все равно значительно ниже докризисного уровня. Причем восстановление ВВП предполагается только в четвертом квартале 2012 года и только с 2013 года рост должен будет превысить докризисный уровень».

Но для Россия сейчас главная цель — не просто достигнуть докризисных темпов роста по формальным признакам, а попытаться создать новую экономическую модель роста, которая была бы ориентирована прежде всего на внутренние инвестиции, на рост внутреннего спроса. Дилемма такова: восстановить до приемлемого уровня экономику и затем приступить к ее модернизации или уже на этапе выхода из кризиса одновременно внедрять инновационные технологии и строить иную систему управления финансово-экономическими процессами. Именно в этом сейчас состоит смысл беспрецедентной по историческим масштабам задачи для России. Но принятые антикризисные меры Правительства пока носят классический характер. Проблема в том, что если вступление в фазу кризиса для большинства стран мира происходило практически синхронно, с небольшим люфтом во времени, то вступление на путь оздоровления экономики приобретает заметную специфику. Устойчивые темпы роста наблюдаются, например, в Китае, который многие стали называть «мотором развития». Медленно, но все же двигаются вперед американская и европейская экономика. Там уже звучат голоса тех, кто предлагает постепенно свертывать широкомасштабные государственные программы стимулирования спроса. Они опасаются, что закачивание денег в экономику приведет к росту инфляции и возникновению на финансовых рынках новых «мыльных пузырей».

Правительство РФ сейчас работает в чрезвычайно напряженном ритме. На борьбу с кризисом был выделен 1,393 трлн рублей, а по состоянию на 1 ноября были потрачены уже 900 млрд рублей. Эти средства пошли на сохранение банковской системы. Причем делалось это с расчетом на то, что затраченные деньги вернутся в казну. Были предприняты серьезные меры и по поддержке для вывода из кризиса автомобильной, авиационной, судостроительной промышленности, культурного комплекса и малого бизнеса. Начался заметный процесс активизации малого бизнеса. В регионах осуществляются принятые антикризисные программы. По состоянию на 1 декабря 57 регионов России вышли с профицитом бюджета и только 26 регионов заканчивают этот год с дефицитным бюджетом. На поддержку таких регионов уже выделено 130 млрд рублей. Что дальше?

На сей счет имеются разные точки зрения. Например, вице-премьер Игорь Шувалов считает, что задачей российской модернизации должны быть не сценарии так называемого догоняющего развития, а поиск своего места «под солнцем», своего национального феномена, типа японского или сингапурского «чуда». В этом утверждении есть своя логика, поскольку действия по аналогии вряд ли нас выведут вперед. И вот почему. Если мы будем оценивать ситуацию по указанному принципу, то должны будем признать один факт — Россия находится в ситуации, в которой побывали ранее многие другие страны: Германия и Япония после Второй мировой войны; Южная Корея и Тайвань в 1960-е годы; Бразилия на рубеже 1970–1980-х годов; Китай начиная со второй половины 1980-х. По этому сценарию России придется отказаться от ощущения статуса сверхдержавы и соответственно выстраивать свою внутреннюю и внешнюю политику. То есть пытаться достигнуть определенного рубежа в финансово-экономических стандартах в ситуации, когда эти стандарты находятся постоянно в динамике. Поэтому для России модернизация должна означать вывод общества на путь перманентного поступательного развития. Средствами модернизации являются четкий план, основанный на учете исторического опыта, и его упорядоченная реализация, а ее результатами станут и демократия, и рост благосостояния, и развитие высоких технологий, и прочие блага подобного рода. Однако и тут появляется проблема, связанная с практическим осуществлением плана, даже если считать его идеально разработанным и продуманным.

Дело в том, что с 1991 по 2007 год в России численность чиновников выросла почти вдвое — с 950 тыс. человек до 1,75 млн. Содержание гигантской государственной машины обходится стране в треть ее бюджетных расходов, или почти в 10% ВВП. Сам по себе рост числа чиновников, да и расходов на их содержание есть общемировая тенденция, отражающая усложнение и удорожание управленческих процедур. Но эффективность отечественной бюрократической машины сомнительна: в подборе кадров отсутствует и намек на меритократический принцип. Некомпетентность компенсируется реорганизациями, усложняющими систему принятия решений и бросающими чиновников с одного места на другое. Это во-первых. Во-вторых, огромные финансовые ресурсы не обращаются в основные фонды и не обеспечивают промышленного подъема. Мир не видел модернизирующихся стран, в которых индустриальный рост хронически отставал бы от темпов роста ВВП. В «азиатских тиграх» промышленность росла быстрее ВВП в среднем в 1,7 раза, в Китае в 1995–2003 годы — в 2,1 раза быстрее; у нас ВВП растет в первую очередь за счет сырьевого сектора, сферы коммуникаций и связи, оптовой и розничной торговли, финансовых услуг и строительства. В индустриальном секторе выделяются лишь производство труб и металлоконструкций, строительных материалов и пищевая промышленность. Поэтому прорыв должен начаться со звеньев, которые наиболее приспособлены и адаптированы в современную финансово-экономическую систему. То есть оттуда, где уже создана модернизационная среда. Говоря иначе, речь идет о точечных прорывах. Вот почему важно понять, каким должен быть спектр индикативных операторов, по которым можно будет определить реальность движения.

В этой связи некоторые эксперты призывают начать процесс модернизации с банковской системы. Они предлагают создать специальный банк развития и через него выделять средств на закупку импортного комплексного оборудования. Как это было, например, во времена «Великой депрессии», когда Россия смогла сделать мощный рывок вперед именно за счет комплексных закупок оборудования. Но при этом создавать и свои новые технологии и разработки. Решить эту задачу по силам будет только государству. Поэтому расходы будущего федерального бюджета будут строиться уже по иным сценариям.

На встрече с членами Российской академии наук Президент Дмитрий Медведев заявил, что приоритетные проекты, которые должны способствовать модернизации российской экономики, получат увеличенное финансирование. Определено и пять направлений модернизации: повышение энергоэффективности, включая разработку новых видов топлива, ядерные и космические технологии, медицина, стратегические информационные технологии, включая создание суперкомпьютеров и программного обеспечения. Так что планы намечены. Теперь главное — выбрать момент для решительного старта