Отношение в Пхеьяне к Ким Тэ Чжу-ну особенное. Именно он был инициатором принятия в 2004 году «Берлинской декларации», в которой содержался призыв активизировать двусторонний диалог на правительственном уровне для расширения экономической помощи Северной Корее. Эти принципы лежали еще недавно в основе политики Южной Кореи в отношении КНДР, получившей образное название «политики солнечного тепла»: гибкий неконфронтационный подход к развитию отношений с Пхеньяном на основе развития гуманитарных и экономических связей, который бы контрастировал с жесткой политической линией «холодного ветра» прежних лет.

Кстати, после этого КНДР установила дипломатические отношения с Италией, начала неофициальные консультации с Западом, обновила российско-северокорейский договор о мире, провела переговоры с Японией о нормализации двусторонних отношений. Кроме того, КНДР достаточно активно использовала и озабоченность в мире по поводу ее ракетной и атомной программ. Степень их реализации оценивается по-разному, однако готовность Пхеньяна вести диалог по этим проблемам так или иначе увязывалась со стремлением расширять связи в других областях, прежде всего - в экономике.

Потом этот процесс резко затормозился и привел в конечном счете к опасной конфронтации, которая заметно усилилась в период правления администрации Джорджа Буша. Так что для нынешнего президента Южной Кореи Ли Мен Бака, избранного президентом в феврале прошлого года и увязавшего предоставление помощи Пхеньяну с отказом последнего от ракетно-ядерных амбиций, это первые переговоры с представителями КНДР. Тем более, что до этого момента Пхеньян называл его не иначе, как «лакеем» и «предателем».

Сенсация в данном случае еще и в том, что буквально накануне МИД КНДР выступил с резким заявлением по поводу начавшихся 19 августа совместных военных учений, которые проводят США и Южная Корея. По оценке Пхеньяна, это дестабилизируют ситуацию в регионе и оправдывают решение Северной Кореи об укреплении «сил сдерживания». Пхеньян также заявил, что «будет следить за действиями США и южнокорейских властей и будет принимать жесткие ответные меры на любые провокации».

В то же время шел и обратный процесс. Пхеньян дал согласие открыть границу с Южной Кореей для туризма и воссоединения семей. Ранее из-под ареста при дипломатических усилиях экс-президента США Била Клинтона были освобождены две американские журналистки. Затем Ким Чен Ир дал аудиенцию руководителю южнокорейской корпорации Hyundai Хен Чжон Ын.

Наконец, на днях губернатор американского штата Нью-Мексико Билл Ричардсон провел в Санта-Фе неформальную встречу с двумя высокопоставленными северокорейскими дипломатами. По итогам беседы Ричардсон заявил: «Северная Корея готова к диалогу с США по ядерному вопросу, но против возобновления шестисторонних переговоров».

Напомним, что Северная Корея вышла из шестисторонних переговоров (с участием США, Японии, Китая, России, Северной и Южной Кореи), после того как в июне этого года СБ ООН решил ужесточить санкции против режима в Пхеньяне в ответ на проведение ядерных испытаний и пуски баллистических ракет. С тех пор Пхеньян уже не раз заявлял, что согласен обсуждать свою ядерную программу только с Вашингтоном. Именно в этом усматривается определенная интрига. Появились подозрения, что КНДР если и собирается «сдать» свою ядерную программу, то только США в обмен на «привилегированные двухсторонние отношения».

Правда, пока Белый дом призывает северокорейцев вернуться к шестисторонним переговорам. Но де-факто - идут контакты между Пхеньяном, с одной стороны, Вашингтоном и Сеулом, с другой. В этой связи многие аналитики считают, что это результаты прагматичного подхода администрации Барака Обамы к решению северокорейской проблемы. С возвращением в Белый дом членов команды Билла Клинтона, многие из которых заняли ключевые позиции в администрации Барака Обамы, северные корейцы пытаются использовать возможность прямых контактов с политической элитой США. К тому же, ведь именно администрация Клинтона в начале 90-х вела с КНДР успешные переговоры, завершившиеся подписанием рамочного соглашения в 1994 году.

Объективно говоря, вывод России и Китая на данном этапе из переговорного процесса - не совсем благоприятный фактор. Это может развалить » шестерку». А для Москвы и Пекина «шестерка» - еще один механизм, через который они влияют на решение проблем безопасности в регионе Северо-Восточной Азии. Для США же диалог с КНДР - это всего лишь эпизод в большой игре в АТР и жертвовать налаженным сотрудничеством в формате «шестерки» они вряд ли решатся. Поэтому можно предполагать, что в данном случае речь пока может идти всего лишь об определенной части дипломатического процесса согласования позиций. В целом же ядерную проблему Корейского полуострова и вопросы безопасности в Северо-Восточной Азии можно эффективно решать только с участием всех заинтересованных государств региона.