«Мы прошли большой путь, и остающийся ряд технических проблем, надеюсь, будет быстро решен», — отметил гендиректор. По его словам, самое главное, что политическая воля России и желание присоединиться к ВТО остаются неизменными.

Воля в России всегда была, но за ее плечами 16-летняя переговорная сага. Теперь ей опять говорят, что переговорный процесс будет завершен в течение 2009 года. Да и то, если верить словам главы Департамента торговых переговоров Министерства экономического развития и главы российской делегации на переговорах о вступлении России в ВТО Максима Медведкова, речь идет пока всего лишь о технической возможности. Так что уверенности в том, что наша страна как никогда близка к ВТО, нет.

В течение многих лет Россия вела сложные переговоры с 55 странами по условиям своего присоединения к Всемирной торговой организации: согласовывались горизонтальные обязательства, принимались и исполнялись обязательства по приведению национального законодательства к соответствующим стандартам, заранее брались и выполнялись обязательства, например, в сфере применения импортных пошлин. Делалось это, несмотря на то, что эти обязательства создавали проблемы для наших предпринимателей. Особенно в сельском хозяйстве.

Но открытый конъюнктурный подход, проявляемый прежде всего Западом в отношении России, вынудил Москву в конце прошлого года отправить своим партнерам предупреждение о том, что наша страна может пересмотреть эти соглашения. Как говорится, «достали».

Когда на столе переговоров оставалось минимум нерешенных проблем, стали срабатывать иные факторы. Например, грузинская «проблематика» отбросила переговорный процесс, как считается, на полтора года. Потом заявила о своих позициях «дремавшая» до сих пор Саудовская Аравия, которая поставила перед Россией достаточно жесткие требования, которые ранее уже были урегулированы в переговорах с другими, более крупными странами. Например, речь шла о переходе на мировые цены на энергоносители. Правда, недавно Эр-Рияд отозвал свои требования, но никто не уверен, что завтра «инициативу» не проявит еще какая-либо страна.

Нельзя исключать, что и Украина, вступившая в ВТО 16 мая 2008 года и уже 20 мая уведомившая секретариат торговой организации о намерении вступить в переговоры с Россией, после «газового конфликта» начнет рассуждать о проблемах регулировки тарифов, фитосанитарных или ветеринарных нормах. Во всяком случае, как заявляют украинские политики, Киев планирует добиваться от России снятия ограничений на украинский экспорт, отказа от экспортной пошлины на нефть, а также приведения российского законодательства о защите внутреннего производителя к нормам ВТО.

При этом нельзя исключать, что свои «нюансы» внесет и глобальный финансовый и экономический кризис. Если, например, завершатся многосторонние переговоры в рамках Дохийского раунда, которые начались в 2000 году, к чему призвали лидеры стран АТЭС и лидеры «двадцатки» на встрече в Вашингтоне, то переговорный процесс России о вступлении в ВТО приобретет более интенсивный характер, ведь как ни крути, оказалось, что в условиях кризиса ВТО остается единственным многосторонним институтом , который сохранил свое функционирование.

В то же время становится очевидным и то, страны-члены ВТО, принимая программы стабилизации своих финансовых рынков, смело нарушают базовые требования ВТО не влиять через государственное вмешательство на конкурентную среду.

На практике получается, что финансовое содействие оказывается частным банкам, частным финансовым компаниям, которые становятся собственностью государства. То есть происходит то, в чем еще недавно обвиняли Россию. В итоге может получиться и так, что сама ВТО к тому моменту, когда России дадут «добро», изменится.

Проблема вступления России в ВТО несет серьезную стратегическую нагрузку. ВТО необходима, прежде всего, для формирования условий экспорта, и России нужно по-настоящему определиться с тем, что именно она намерена экспортировать на мировые рынки при вступлении в ВТО. Если речь идет о сырье и высокотехнологичной военной продукции, то в ВТО нет необходимости. Если же речь идет о стремлении стимулировать развитие некоторых отраслей отечественной обрабатывающей промышленности, которые будут вынуждены конкурировать на совершенно других условиях, нежели сегодня, дело - другое. Но в любом случае решать эти проблемы необходимо в условиях деполитизации переговорного процесса.