Бросок в будущее

Церемония, как и подобает в таких случаях, была торжественной. В ней приняли участие Президент России Дмитрий Медведев и премьер-министр Владимир Путин. Патриарх Кирилл сменил на высоком посту скончавшегося 5 декабря 2008 года Патриарха Алексия Второго. Поместный собор 27 января избрал нового Предстоятеля Русской православной церкви митрополита Смоленского и Калининградского. За него проголосовали 508 человек, всего в голосовании приняли участие 702 делегата собора.

Но это внешняя сторона дела. Для людей, в той или иной степени посвященных в церковную жизнь, было очевидно, что в последние годы в РПЦ проходили неоднозначные и мало кому известные процессы. Связано это было со многими причинами, в том числе и с тем, что покойный Патриарх Алексий Второй был личностью во всех отношениях неординарной. Он принадлежал к потомкам известной в русской истории фамилии Ридигеров. В царствование императрицы Екатерины Второй курляндский дворянин Фридрих Вильгельм фон Ридигер перешел в православие и с именем Федор Иванович стал основателем одной из линий этого известного в России дворянского рода, одним из представителей которого был граф Федор Васильевич Ридигер - генерал от кавалерии и генерал-адъютант, выдающийся полководец и государственный деятель, герой Отечественной войны 1812 года.

Уже одно это превращало Алексия Второго в своеобразный «мост» между новой Россией и ее дореволюционным прошлым, поднимало его пастырское служение до уровня исторической миссии. Сейчас мистическим кажется и то, что он взошел на Первосвятительский престол в период, когда кризис Советского государства вступал в завершающую фазу, когда начиналась эпоха возрождения православия в России, утверждения достоинства Церкви как высшей святыни и духовной путеводительницы народа.

Не случайно 5 ноября 1990 года, впервые после послания святителя Тихона 1918 году по поводу годовщины Октябрьской революции, Святейший Патриарх в обращении к согражданам дал следующую оценку этому драматическому событию: «Семьдесят три года назад произошло событие, определившее путь России в двадцатом столетии. Этот путь оказался скорбен и тяжек... И пусть все минувшие годы один за другим встанут в нашей совести и будут нас умолять не платить человеческими судьбами за эксперименты и принципы политиков».

Но дело было в том, что, отказываясь от советского прошлого, Россия вновь вступила на путь болезненных социально- экономических экспериментов. Становление российского варианта капитализма сопровождалось быстрым расслоением общества и почти массовым обнищанием народа. Как показывает исторический опыт, в подобных случаях всегда наблюдается рост религиозности, возвращение к духовным истокам. В такой ситуации необходимо было не только аккумулировать высвобождающуюся духовную энергию народа, но и направить ее по возможности на путь нового созидания, а не разрушения. С другой стороны, важно было и сохранить диалог с властью, склонить ее на путь компромиссов и диалога с обществом.

Патриарху Алексию Второму все это удалось сделать. Он принял самое активное участие в гармонизации церковно-государственных отношений. Церковь получила возможность активнее влиять на созидательные процессы в обществе, в том числе на духовно-нравственное и патриотическое воспитание людей, социальное служение и благотворительность, просвещение и возрождение исконных традиций народа. В 1993 году в период общественно-политического кризиса между Кремлем и Верховным Советом, когда страна оказалась чуть ли не на грани гражданской войны, именно Патриарх инициировал переговоры конфликтующих сторон и выступил в качестве посредника.

За время служения Алексия Второго было образовано большое число новых епархий, восстановлены и построены тысячи храмов и монастырей, в том числе главная церковь страны - храм Христа Спасителя, открыто более сотни духовных учебных заведений. Из-за рубежа возвращены многие святыни. Алексий Второй рукоположил десятки новых архиереев и сотни священников. А 17 мая 2007 года – тоже событие символического исторического значения - Алексий Второй и первоиерарх Русской зарубежной церкви митрополит Восточно-Американский и Нью-Йоркский Лавр подписали Акт о каноническом общении. Это историческое событие положило конец почти вековому духовному разделению русских людей в Отечестве и за его пределами, начавшемуся после революционных событий 1917 года.

Более того, Алексий Второй медленно, но последовательно следовал в направлении налаживания отношений РПЦ с Римской католической церковью. Некоторые утверждают, что его встреча с Папой Римским могла бы состояться в Баку - в рамках Саммита глав мировых религий, запланированного на 30 октября - 2 ноября 2009 года. Не получилось.

Миссия патриарха Кирилла

Патриарх Кирилл – представитель новой формации в РПЦ. Когда его имя стало фигурировать в качестве одного из возможных претендентов на патриарший престол, для большинства граждан он, в отличие от многих других высокопоставленных церковников, оказался человеком вполне узнаваемым. Он активно и с удовольствием работал в медиапространстве, не скрывал своих политических мировоззрений. Поэтому в массовом сознании его образ, помимо всего прочего, прочно ассоциируется с понятием «государственник». Можно смело предполагать, что и в патриаршем сане это в значительной мере будет влиять на его поступки и поведение.

Патриарх Кирилл отдает себе отчет в том, что процессы капитализации затронули и определенную часть духовенства, которое за воротами храма предпочитает, порой, светский образ жизни. Поэтому перед ним во весь рост встает проблема сохранения и преемственности и выбора дальнейшей политики, формы общения как с властью, так и с паствой.

Пойдет ли церковь по реформаторскому пути или же верх одержат традиционалисты, удастся ли уже в новых условиях церкви находить возможности для роста своего авторитета? Это не простые проблемы, поскольку социологи фиксируют сокращение количества посетителей храмов. Не случайно внутри самой Церкви громче становятся голоса тех представителей духовенства, которые говорят о новой миссии в обществе, приближении к реальным нуждам и потребностям паствы.

Проблемным остается и кадровый состав духовенства, особенно аппарат церковного управления. Часто по суждениям, мировоззрению и образу жизни, не говоря уже о внешности, церковные чиновники все больше начинают напоминать фигур из отдела пропаганды ЦК КПСС. Конечно, это, с одной стороны, свидетельствует о том, что РПЦ превратилась во влиятельный субъект, без которого просто трудно себе представить политическое пространство современной России. С другой - она может «болеть» всеми болезнями, присущими аппаратной надстройке. Вот почему проблема так называемого морально-этического нормотворчества, часто инициированная самой РПЦ, потенциально «грешит» теми изъянами, какие свойственны абсолютно любой политической структуре нашего времени.

Поэтому перед Патриархом Кириллом неизбежно встанет вопрос обратной трансформации РПЦ: если раньше она набирала авторитет в обществе за счет энергии возрождения духовности и превратилась в реальный морально-политический фактор в России, то теперь ей необходимо изыскивать возможности для ретрансляции этого влияния «сверху вниз».

Конечно, в данном случае это всего лишь поверхностные политологические рассуждения. Но они циркулируют в обществе, а значит - имеют право на жизнь.

На Поместном Соборе, который проголосовал в большинстве своем за владыку Кирилла, стало очевидным, что новый Патриарх привержен к большей открытости церкви перед обществом, что Церковь в складывающихся внешнеполитических обстоятельствах будет защищать устои России как государства, и в то же время бороться за единство православного мира. Уже сам факт, что концепция Кирилла победила на Поместном Соборе, демонстрирует его немалый организаторский и политический талант. Остальное, с Божьей милостью, приложится.