Российская сторона была заинтересована подчеркнуть организацией планового приема у себя главы латвийского внешнеполитического ведомства готовность к разговору с «проблемными» соседями на фоне чрезвычайных событий, будь то в мире финансов или в Закавказье. В числе других смысловых аспектов, акцентированных Москвой, можно отметить поддержание тезиса о «позитивной динамике» последних лет, касающейся экономических контактов, а также обозначение тех пунктов в позиции официальной Риги, которые препятствуют налаживанию подлинного добрососедства. Именно с последним аспектом связан тот факт, что еще с весны этого года «подвешена» поездка в Россию президента Латвии Валдиса Затлерса, так как, по словам Сергея Лаврова, «для определения точных сроков визита очень важно иметь правильный политико-информационный фон».

Накануне прибытия в Москву министр иностранных дел Латвии Марис Риекстиньш поведал журналистам, что самим фактом поездки он постарается придать новый импульс латвийско-российским отношениям, ожидая «интересных и содержательных переговоров». Вместе с тем буквально за несколько дней до запланированной встречи с российским коллегой Сергеем Лавровым он не скрывал готовности официальной Риги продолжать «бежать впереди паровоза», оказывая по лекалам Вашингтона усиленную пропагандистскую поддержку грузинскому режиму Михаила Саакашвили и его авантюрам.

По заученной шпаргалке министр на съезде латвийской «Народной партии», прошедшем 18 октября, в очередной раз осудил «непропорциональные действия России» по умиротворению Тбилиси и подчеркнул высший приоритет для Латвии территориальной целостности Грузии. Чтобы не оставалось сомнений, что для официальной Риги, «сгорбленной» под ударами мирового финансового кризиса и собственных административно-управленческих ошибок, критически важен «грузинский вопрос» в проамериканской интерпретации, а не взаимовыгодное добрососедство с РФ, Марис Риекстиньш с трибуны съезда заявил: «Я не могу принять высказанную одним латвийским министром позицию, что конфликт России и Грузии к Латвии не относится, а также упреки в том, что реакция Латвии на события в Грузии была поспешной и слишком критичной». Речь идет по поводу сомнений в адекватности антироссийской риторики, высказанных министром сообщений ЛР Айнарсом Шлесерсом.

Уверенность в том, что Латвия может себе позволить любые выпады в адрес Москвы, Марис Риекстиньш черпает в факте полноправного членства страны в НАТО и ЕС. Особый восторг у министра вызывает якобы существующий «железный настрой» западных обывателей на военный конфликт с Россией из-за Латвии, о котором он поведал на партийном съезде: «Удивительно было узнать, что – я немного спекулирую – 40% жителей Ливерпуля или Бордо были бы готовы послать своих сыновей и дочерей в Ригу, Лиепаю или Даугавпилс в недобрый час!» Как известно, «обещать жениться еще не значит жениться», но в условиях экономического кризиса выпячивать гипотетический военный сценарий, по мнению экспертов, недальновидно и, как минимум, недипломатично. К фантомным болям исторического порядка Москва могла бы отнестись с некоторым пониманием, если бы на них откровенно не спекулировали политические деятели в Риге.

Конечно, Россия привычна к соскальзыванию официальной Риги на фальцет в вопросах, де-факто удаленных от подлинных интересов и реальных возможностей Латвии. Но откровенная несамостоятельность во внешнеполитических раскладках, помноженная на неуместность заявлений, вряд ли позволяет надеяться на выгодную капитализацию географического соседства с Россией. К тому же культивирование предубеждений в отношении России сводит к нулю возможность реализации любых серьезных политико-экономических договоренностей с Москвой: в условиях парламентской республики, развитой практики внутриполитических «подножек» и частых одергиваний со стороны «Вашингтонского обкома» ни о какой стабильности в реализации стратегических проектов и речи быть не может. Примером тому служит согласие и последующий отказ латвийских властей от реализации совместного проекта строительства новой электростанции на газе. На фоне «борьбы с энергозависимостью от России» не получила своего развития и тема возведения в Латвии собственной АЭС с участием российских атомщиков, которые могли бы реализовать такой проект гораздо быстрее, чем осуществятся польско-прибалтийские планы строительства Игналины-2 в соседней Литве.

При этом следует отметить, что потенциал экономического сотрудничества между Россией и Латвией в более «мелких» кластерах экономики весьма велик и нуждается в поддержке на договорно-правовом уровне. Определенные подвижки в этом направлении будут, хотя и без особого политического энтузиазма со стороны Москвы.

Тем не менее высокий градус антироссийской риторики позволяет официальным структурам РФ без обиняков поднимать вопросы идеологических и правовых извращений в латвийской действительности: от желания «довоевать» с Советским Союзом в лице современной России, до сохранения ущербного института «неграждан». В частности, Россия последовательно выступает с критикой политики и действий властей ряда стран, в том числе Латвии, Литвы, Эстонии и Украины по прославлению пособников нацизма, а также по уничтожению памятников советским воинам-освободителям.