Предыдущие красочные постановки с живописными декорациями известных художников (Илья Глазунов, а еще раньше – Константин Коровин) отставлены в сторону как устаревшие, а на их смену зрителю предложено корявое и нарочито некрасивое действо.

В результате спектакль производит «вымученное» впечатление: мучаются артисты, в памяти которых еще живы высокохудожественные декорации русских художников, мучаются и зрители: зачастую слова оперных артистов трудно различимы, и о происходящем на сцене непосвященный зритель может только догадываться, напряженно воскрешая в памяти «краткое содержание», наспех прочитанное в буклете во время антракта.

Где свои? Где чужие? Что вообще происходит на сцене и какие идеи хотели донести до зрителя литовские ценители русского искусства: режиссер- постановщик Эймунтас Някрошус, художник-постановщик Мариус Някрошюс (сын режиссера), художник по костюмам Надежда Гультяева (жена режиссера)?

В этой обновленной редакции все купюры, сделанные ранее, восстановлены, из-за чего продолжительность спектакля растягивается на 4 часа. Сценография дружной семьи Някрошусов вызывает тяжелое и гнетущее состояние, похожее на бред. Как же нужно не любить Россию, чтобы показывать ее в таком свете! Тяжелое чувство завладевает зрителем, и, не в силах противостоять этому негативу, зритель покидает зал. В результате после второго антракта партер опустел примерно на треть. На вопрос, много ли зрителей уходит в антрактах, гардеробщики с грустью констатировали: «Достаточно»…

Почему же на мировой премьере, прошедшей в Кальяри, итальянцы были в таком восторге? Да потому, что многие из них и понятия не имеют о глубине и красоте русской культуры! Скорее всего, они и не подозревают о существовании декораций Глазунова и Коровина. До сих пор думая о России как об отсталой стране, они радуются, что эти их представления подтверждаются.

Почему же мы допускаем это? Почему вместо того, чтобы подобно Дягилеву прославлять величие русского искусства за границей и просвещать неискушенного зрителя, мы допускаем такого рода постановки, как будто говоря зрителям: «Да. Русская культура – убога и корява. В России живут одни пьяницы и нищие».

Когда же, наконец, мы начнем любить Россию и русскую культуру?