- В фильме «Под крышами Парижа» вы играете обыкновенную женщину. Как вы создавали этот образ?

- Когда я была маленькой, у меня была проблема с глазами - один глаз смотрел в другую сторону. Я, конечно, очень страдала от этого, потому что во время учебы в школе я столкнулась с тем, что все меня дразнили (вы же знаете, как бывают жестоки дети). Поэтому я была очень закрытым ребенком и все время пыталась как-то изолироваться от всех, куда-то спрятаться…. Когда же впоследствии меня прооперировали, я стала красивой женщиной, заработала много денег, снималась для многих журналов, в кино.

Так вот, чтобы понять моего персонажа в фильме, о котором здесь идет речь, мне пришлось опуститься в самую глубину моего подсознания, в те 14 лет, вспомнить тот детский страх. Я полностью отдалась в руки режиссера и сценариста этого фильма – Хинера Салема. Я ему полностью доверяю и считаю его очень талантливым. Конечно, те, кто будет смотреть эту картину, увидят, что это совсем не Элен (из фильма «Фантомас») и не Миледи из «Трех мушкетеров», а это совсем другая роль – очень серьезная для меня работа.

Как говорит сам Хинер Салем, замысел этой картины появился после тех страшных событий, произошедших у нас во Франции несколько лет назад, когда была страшная жара, и умерло очень много пожилых одиноких людей. Они были одни, и некому было им принести даже стакан воды. Хинер Салем - курд по происхождению, не смог пройти стороной эту проблему. Но надо сказать, что за это его очень критиковали во Франции. Возможно, французы не простили ему того, что он - человек не французской национальности, осмелился затронуть такой острый вопрос - ситуацию, к которой, по большому счету, не были готовы сами французы.

- Это правда, что ваша мама украинка?

- Да. Она родилась в Харькове. Мама принадлежала (как это сейчас называется) к белой эмиграции. Во время революции ей пришлось спасаться от режима. Она переехала сначала в Хабаровск, потом в Шанхай. По-моему, судя по тому, что пишут о той эпохе, Шанхай в то время был тем, что для нас сейчас означает Голливуд. В Шанхае она познакомилась с моим будущим отцом – он был самый-самый из тех людей, что были там…

Мама была очень сильной, смелой женщиной. Порой даже жесткой... Во Франции это называется «женщины с мужскими достоинствами» - то есть женщины, умеющие драться и отстаивать свое право

- Известно, что сейчас вы пишете книгу. О чем она?

- Это уже четвертая книга, и я уже заканчиваю ее. Моя первая книга была посвящена моей маме. Она называется «Харьковские лилии». Во второй книге («Секретные ящички») я рассказала про себя – с детства и до поры своей юности - до того времени, когда я встретила своего мужа – Марка Сименона. Третья книга - про животных, потому что мы с мужем просто обожали животных. У нас были и лисы, и совы, и львов подкармливали и т.д.

Книга, которую я сейчас заканчиваю, называется «Ловушка». Я пишу ее в соавторстве с очень хорошей женщиной. Она врач. Кроме того, что она прекрасный человек, она является специалистом по наркологии. Я решилась написать эту книгу, потому что мой любимый обожаемый муж, к сожалению, страдал этой страшной болезнью. Он был алкоголиком, и я понимаю, что сейчас очень важно говорить об этой проблеме. Книга «Ловушка» будет построена по принципу диалога между женщинами, которые ухаживают за больными, и женщинами, которые живут с человеком, страдающим этой болезнью. Я бы очень хотела, чтобы во Франции (и я очень много об этом говорю) алкоголизм был принят как заболевание, а не как отклонение. Я думаю, это очень актуально.

- Какие роли для вас были наиболее памятны?

- Одно время я действительно очень любила исполнять роли «нехороших» женщин, как, например, моя героиня в фильме «Три мушкетера» – Миледи. Но мне очень нравится и персонаж по имени Эльза в фильме «Здравствуй, грусть», также моя героиня в фильме «Любовь в Риме». И еще - картина итальянского режиссера Мауро Болоньини, которая называется «Бурная ночь». Над этим фильмом работал замечательный оператор, и он все очень красиво снял, так что когда я смотрела потом этот фильм, я сама себе там очень нравилась.

- Знали ли вы, что были очень популярны в СССР?

- Нет. Но мне приходит в голову одно сравнение. Оно связано с фильмом «Слабые женщины» (реж. Мишель Буарон), снятом в 1959 году. Фильм очень светлый и веселый. Там, в частности, играл Ален Делон. Наверное, самые сильные ощущения в моей жизни по поводу славы – когда этот фильм вышел в Токио и имел огромный успех. Нас с Делоном встречали в Японии – мы там были, действительно, просто звездами… Я помню это ощущение, когда мы спускались с трапа самолета: вот мы выходим и попадаем в море людей, которые тебя окружают, принимают и обожают…

В Москве я была единственный раз. Это было в 1964 году. Как раз год спустя после путешествия в Японию. Я сюда приезжала с Жаном Маре. Я думала, что если нас пригласили на такое масштабное событие – наверное, этот фильм («Фантомас») популярен, но что касается атмосферы …. Она была не очень веселой…

Сейчас, конечно, все очень поменялось. И я уже не вижу никакой разницы между Москвой и Парижем – может быть, здесь даже больше пробок. А в то время (в 60-е годы) практически не было машин.

- Известно ли вам что-то о современном российском кино?

- К сожалению, нет, но я очень надеюсь, что увезу отсюда фильмы, может быть, найду их на DVD, какие-то версии с субтитрами... Мне это интересно. Думаю, процессы, которые происходят сейчас у вас в кино, похожи на те, что существуют сейчас во Франции и вообще в европейском кино. Я знаю, что сегодня снимается множество комедий для семейного просмотра, пользующихся коротким успехом. А потом – дает ли это что-то для кино? Мне, конечно, интересно – что же происходит здесь, у вас в стране.

- Известно, что в 70-х гг. вы основали кинокомпанию. Какова ее судьба и как она называлась?

- Она называлась «Кенгуру-фильм». Я создавала эту компанию, чтобы доставить удовольствие своему мужу. Я никогда не хотела заниматься продюсированием (и никогда этим не занималась), но пошла на это для того, чтобы больше времени проводить со своим мужем, чтобы как-то помочь ему, потому что это был очень сложный период. Для меня это было самым ужасным занятием, какое только можно было придумать, но я очень хотела ему помочь морально и не только… Мы спродюсировали вместе 4 картины. Они, в принципе, не имели большого коммерческого успеха. Но две из них, я считаю, очень хорошие, и я ими горжусь. Первая картина - «Кровью других», а вторая – «Подписано Фюраксом». Фюракс – в то время это был персонаж (как Фантомас), потом имя Фюракс стало уже нарицательным, и теперь во Франции слово «фюракс» означает «безумный».

- Как у вас возникла идея приехать в Москву?

- Когда я узнала, что фильм «Под крышами Парижа» будет принимать участие в Московском кинофестивале, я просто подняла трубку и сказала: «Как же так?! Фильм едет, а я не еду?»… И вот сейчас я здесь.

- Что для вас означает Московский кинофестиваль?

- В первую очередь – много-много хороших эмоций, потому что меня здесь так тепло принимают. Меня, конечно, это очень греет, и у меня такое ощущение, что я принцесса.

- По вашему мнению, чем отличается Московский кинофестиваль от других фестивалей?

- Я была на многих фестивалях, но у меня ощущение, что Московский кинофестиваль – очень большого масштаба (судя по тому, как зрители ходят на все программы). У меня такое ощущение, что Московский фестиваль для России имеет примерно такое же значение, что и Каннский для Франции.

- Ваше пожелание читателям.

- Я сегодня встретила людей, которые до сих пор меня любят… Поэтому если есть влюбленные в меня среди ваших читателей, то я их всех очень крепко целую.