На небольшой пресс-конференции в Совете Федерации, проведенной сразу после своего утверждения в должности, Юрий Чайка выглядел сосредоточенно и не стал делать каких-либо обобщающих заявлений. Он отказался комментировать итоги работы своего предшественника, однако подчеркнул, что считает для себя приоритетными направлениями в работе на новой должности борьбу с коррупцией и правозащитную деятельность. Тем не менее ему не удалось обойти проблему нынешнего состояния Генпрокуратуры и возможности ее реформирования, поскольку в промежутке двухнедельной паузы, связанной с отставкой Устинова, в Генеральную прокуратуру РФ пустили свои ядовитые стрелы все, кто только пожелал. В этой связи Чайка заявил, что не будет проводить «массовых зачисток» в органах прокуратуры, поскольку в основной массе там работают порядочные люди. «Считаю категорически недопустимыми революционные шаги. Нам нужна не революцию, а эволюция», - заявил он.

Как всегда, суть скрывается в деталях. Генпрокуратура образца Устинова, похоже, не сохранится. «Не первый год продолжается дискуссия о разделении функций надзора и следствия, создании отдельного следственного ведомства. Несомненно, стратегический путь развития заключается именно в таком подходе», – говорил Чайка в Совете Федерации, добавляя при этом, что при любой модели прокуратура должна оставаться отдельным субъектом исполнительной власти. А это уже открытый намек на предстоящую реформу.

Поскольку фактическая сторона дела оказалась исчерпана самими назначениями, политики, аналитики продолжают анализировать так называемый «сухой остаток» необычной кадровой рокировки Кремля. Особенно бросается в глаза то, что в СМИ удалось «перемыть косточки» почти всему окружению Владимира Путина. Причем сделано это было по привычной и установившейся и принятой на Западе примитивной схеме, исходя из рассуждений об «усилении или ослаблении» какой-либо из кремлевских группировок. Высказанные версии можно легко типизировать.

Наибольшей популярностью пользуется так называемая «конспирологическая» версия, на которой уже давно набили руку некоторые московские политологи. Выстроенный ими логический ряд выглядит следующим образом: если отставка Устинова связана с его участием в аппаратных разборках и его несогласием с каким-то предлагаемым вариантом «преемника», то шанхайское заявление Владимира Путина о «равноценной замене» должности для Устинова и о расширении «списка преемников» свидетельствует о выстраиваемом новом балансе сил в Кремле. Например, политолог Белковский утверждает, что «силовики» во главе с Игорем Сечиным потерпели поражение в борьбе с так называемым «коллективным соперником» в лице тройки Абрамович-Собянин-Медведев, и с перемещением Устинова в Минюст они утратили возможность влиять на работу Генпрокуратуры. В таком случае новая должность Устинова является не столько уступкой Сечину, сколько возможностью держать бывшего генпрокурора в поле зрения, поскольку в последнее время тот стал тяготеть к публичной политике.

Иного мнения придерживается руководитель группы «Меркатор» Дмитрий Орешкин. Он полагает, что речь идет о подготовке плацдарма для решения «проблемы-2008», поскольку Устинов в новой должности может более эффективно выполнить важные политические задачи. Наконец, третья версия, которая пользуется наибольшей популярностью среди московского политического бомонда, - отказ Владимира Путина от мобилизации на высокие должности в стране «питерского кадрового резерва», что свидетельствует уже о «новом качестве власти» главы российского государства. В таком случае можно говорить о перенастройке внутри президентской команды и небольшом изменении в конфигурации группировок.

Однако, по большому счету, подобные виртуальные рассуждения могут вообще не иметь никакого отношения к истине. Как говорят, собака лает, а караван идет. Жаль только, что в мире больше слушают именно «лай собак» из России, нежели перезвон колокольчиков идущих вперед верблюдов.